Статьи о ЕСПЧ

Реализация индивидуальных мер по исполнению постановлений ЕСПЧ

annaДеменева А.В. Реализация Россией индивидуальных мер по исполнению постановлений Европейского суда по правам человека: пересмотр дел в соответствии с УПК РФ // Международное правосудие. 2012. N 2. С. 91 - 103.

В статье анализируется практика Верховного Суда РФ по пересмотру уголовных дел по новым обстоятельствам в соответствии с основаниями, предусмотренными статьей 413 Уголовно-процессуального кодекса РФ, в контексте реализации Россией обязательств по исполнению постановлений Европейского суда по правам человека, установленных статьей 46 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Введение 

Статья 46 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) <1>, устанавливающая обязательный характер постановлений Европейского суда по правам человека, содержит предпосылки к созданию и действию механизма исполнения государством своих международно-правовых обязательств в случаях, когда Европейский суд по правам человека постановлением признает государство ответственным за нарушение положений Конвенции.

--------------------------------

<1> Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Заключена в Риме 04.11.1950 // Бюллетень международных договоров. 2001. N 3. 

В соответствии с частью 2 статьи 46 Конвенции окончательное постановление Европейского суда по правам человека направляется Комитету министров Совета Европы (далее - Комитет министров), который осуществляет надзор за его исполнением. Более того, дополнения, внесенные в текст Конвенции Протоколом N 4, усилили роль Комитета министров в сфере надзора за исполнением постановлений Европейского суда полномочиями по постановке перед последним вопроса по толкованию постановления, а также вопроса о нарушении государством обязательств по статье 1 Конвенции.

Следует заметить, что предпринятые государством меры по исполнению постановлений Европейский суда по правам человека оцениваются Комитетом министров на предмет их достаточности и эффективности, но именно государство - сторона по делу о нарушении Конвенции является субъектом принятия мер по устранению установленных нарушений. Они включают меры для исправления конкретной ситуации, ставшей поводом для критики со стороны Европейского суда (индивидуальные меры), а также меры, призванные не допустить подобных нарушений в будущем и обеспечить следование стандартам Конвенции в том виде, как они толкуются Судом (меры общего характера). Вопрос о правовых последствиях постановлений Европейского суда для своей правовой системы государство-участник призвано урегулировать, приняв соответствующее законодательство.

В России меры общего характера до настоящего времени не получили своего закрепления на законодательном уровне. В то же время уголовно-процессуальное и арбитражное процессуальное законодательство связывают правовые последствия постановлений Европейского суда для российской правовой системы с одним из видов индивидуальных мер - пересмотром дел в рамках национальной судебной системы. Если учесть содержание тех прав, которые гарантированы Конвенцией и нарушение которых признает Европейский суд по правам человека, пересмотр в большинстве случаев осуществляется именно по уголовным делам.

1. Меры индивидуального характера

В соответствии с установленной практикой толкования статьи 46 Конвенции Европейским судом и Комитетом министров констатация Европейским судом одного или нескольких нарушений Конвенции налагает на государство-ответчика обязательство обеспечить возмещение и устранить последствия неправомерных действий властей в отношении заявителя, возвращая, насколько это возможно, ситуацию в первоначальное состояние, которое существовало до нарушения, - restitutio in integrum.

Таким образом, меры индивидуального характера направлены на урегулирование ситуации, которая касается непосредственно заявителя или группы заявителей. Необходимость принятия индивидуальных мер рассматривается Комитетом министров в том случае, когда установленное нарушение продолжает влечь негативные последствия для заявителя. Основные формы мер индивидуального характера: справедливая компенсация, пересмотр дела в рамках национальной процедуры, отмена ранее назначенных властями мер, которые признаны нарушением Конвенции.

1.1. Справедливая компенсация

"Форма restitutio in integrum, определяемая как возвращение ситуации в прежний вид, до нарушения, является наиболее предпочтительной. Однако международная практика показывает, что restitutio in integrum - это скорее исключение в силу того, что во многих ситуациях невозможно вернуть стороны в первоначальное состояние, и денежная компенсация - наиболее распространенное средство, как продемонстрировано практикой Европейского суда по правам человека в соответствии со статьей 41 Конвенции" <2>. Действительно, по некоторым видам нарушений, например при применении к заявителю пыток, вернуть ситуацию в первоначальное состояние невозможно. В связи с этим выплата справедливой компенсации, в частности компенсации морального вреда, является единственно возможным средством возмещения и хотя бы частичного восстановления нарушенного права.

--------------------------------

<2> Barkhuysen T., Emmerik M.L. van General introduction // The Execution of Strasbourg and Geneva Human Rights Decisions in the National Legal Order / Ed. by T. Barkhuysen, M.L. van Emmerik. Hague; Boston; London, 1999. P. 35.

1.2. Отмена ранее примененных государством мер, не требующая проведения судебного разбирательства

Нарушение Конвенции может являться следствием акта или действий исполнительного органа власти. "Когда акты административных органов признаны противоречащими Конвенции, их отмена в пользу заявителя не представляет особой проблемы. В национальном административном процессе административные органы должны принимать во внимание тот факт, что административный акт противоречит Конвенции" <3>. Административные меры направлены на оперативное устранение установленных нарушений, когда нарушения могут быть устранены без проведения нового судебного процесса на национальном уровне с целью пересмотра дела. Такими мерами могут стать снятие судимости, отмена решения о высылке заявителя или возвращение заявителя в выславшую его страну.

--------------------------------

<3> Ress G. The Effects of Judgments and Decisions in Domestic Law // The European System for the Protection of Human Rights / Ed. by R.St.J. Macdonald et al. Kluwer Academic Publisher, 1993. P. 803.

Например, в деле "Меми против Франции" <4> Европейский суд по правам человека установил нарушение статьи 8 Конвенции в связи с нарушением права на уважение частной и семейной жизни вследствие высылки заявителя, и Франции пришлось обеспечить возвращение заявителя в страну.

--------------------------------

<4> European Court of Human Rights (далее - ECtHR). Mehemi v. France. Application N 25017/94. Judgment of 26 September 1997. 

Примером реализации такого обязательства может также являться исполнение решения Европейского суда по делу "Фогт против Германии" <5>, когда в качестве устранения негативных последствий нарушения не только восстановили на работе заявительницу, но и выплатили ей денежные суммы, причитающиеся за период вынужденного прогула, и иные пособия.

--------------------------------

<5> ECtHR. Vogt v. Germany. Application N 17851/91. Judgment of 26 September 1995. 

1.3. Пересмотр дела в рамках национальной судебной процедуры

Если права, гарантированные Конвенцией, были нарушены в результате вынесения решения национального суда, в большинстве дел трудность состоит в том, что в национальном праве такое решение несет в себе статус окончательного, вступившего в силу. Конвенция не возлагает на Высокие Договаривающиеся Стороны обязанность предусматривать в национальном законодательстве процедуры пересмотра, однако Комитет министров признает, что они очень полезны и направлены на адекватное исполнение постановлений суда.

В случае установления Европейским судом процессуальных нарушений, когда заявители при рассмотрении дела национальным судом были лишены гарантий, предусмотренных статьей 6 Конвенции, необходим пересмотр дела с соблюдением указанных гарантий, как было в деле "Барбера, Мессеге и Хабардо против Испании" <6>. В таких ситуациях, по мнению М.Б. Лобова, автоматическая отмена приговора не может являться ни адекватным, ни желаемым последствием решения Европейского суда. Конвенция была нарушена не содержанием приговора, а условиями судебного разбирательства, в которых он был вынесен. Единственной возможностью осуществить restitutio in integrum было проведение нового судебного процесса по данному делу с предоставлением заявителям всех процессуальных гарантий, предусмотренных статьей 6 Конвенции <7>.

--------------------------------

<6> ECtHR. Barbera, Messegue and Jabardo v. Spain. Application N 10590/83. Judgment of 6 December 1988.

<7> Лобов М.Б. Вопросы применения Европейской конвенции по правам человека. М., 2001. С. 104.

В определенных делах пересмотр может стать единственным эффективным средством для устранения допущенных нарушений и восстановления прав, что привело Комитет министров к принятию Рекомендации по пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне. Документ говорит о необходимости "существования адекватных возможностей для пересмотра дел в рамках национальных систем в случаях: i) когда жертва установленного нарушения продолжает испытывать влияние негативных последствий от решения национальной инстанции, которое не обеспечивает справедливой компенсации; ii) постановление суда позволяет заключить, что: a) решение национальной инстанции по существу противоречит Конвенции или b) признанное нарушение основано на процедурных ошибках или нарушениях, имеющих такой серьезный характер, что оказывает влияние на результаты внутригосударственного разбирательства" <8>.

--------------------------------

<8> Рекомендация R(2000)2 по пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями Европейского суда по правам человека // Обязательства государств - участников Европейской конвенции о защите прав человека по исполнению постановлений Европейского суда / Под ред. Л.М. Чуркиной. Екатеринбург: Изд-во Уральского университета, 2005. С. 111. 

2. Регулирование вопросов пересмотра в российском уголовно-процессуальном законодательстве

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (далее - УПК РФ) связывает юридические последствия постановлений Европейского суда по правам человека именно с пересмотром соответствующего дела.

Н.Г. Муратова отмечает, что в результате включения в УПК РФ указанных норм впервые уголовно-процессуальное законодательство решило вопрос о взаимоотношениях Европейского суда с российской судебной системой <9>.

--------------------------------

<9> Муратова Н.Г. Решения Европейского суда по правам человека и их значение для судебного надзора по уголовным делам Российской Федерации // Применение международных договоров в области прав человека в правовой системе РФ: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Екатеринбург: УрГЮА, 2003. С. 65.

2.1. Основания пересмотра

Статья 413 УПК РФ предусматривает в качестве одного из оснований возобновления производства по делу в связи с новыми обстоятельствами вынесение Европейским судом постановления о нарушении прав, гарантированных Конвенцией. В данной статье указано, что, среди прочих, новым обстоятельством является: "...установленное Европейским судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела, связанное с:

а) применением федерального закона, не соответствующего положениям Конвенции о защите прав человека и основных свобод;

б) иными нарушениями положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод...".

Исследователями справедливо отмечается, что анализируемые статьи уголовно-процессуального закона ограничиваются обстоятельствами, имеющими отношение только к стадии уголовного судопроизводства.

Н.Г. Муратова также обращает внимание на следующий момент: "Представляется, что формулировка нового обстоятельства в соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 413 УПК РФ указывает на пределы судебного надзора при установлении Европейским судом нарушения положений Конвенции о защите прав человека - рассмотрение судом Российской Федерации уголовного дела. По тексту уголовно-процессуальной нормы отсутствует предварительное расследование по уголовному делу, в ходе которого также может быть применен федеральный закон, не соответствующий положениям Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Возможное установление Европейским судом нарушения положений Конвенции о защите прав человека должностными лицами в ходе предварительного расследования и отражение этого факта в решении суда также должна найти отражение в уголовно-процессуальном законодательстве" <10>.

--------------------------------

<10> Указ. соч. С. 66. 

Трудно не согласиться с вышеприведенным предложением, поскольку практика вынесения постановлений в отношении Российской Федерации показывает, что на результат судебного разбирательства по уголовному делу решающим образом могут повлиять такие нарушения Конвенции в ходе предварительного следствия, как применение к участнику уголовного процесса пыток и бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, а также мероприятия в ходе оперативно-розыскной деятельности, которые не согласуются с правовыми позициями Европейского суда по толкованию статьи 6 Конвенции <11>.

--------------------------------

<11> ECtHR. Vanyan v. Russia. Application N 53203/99. Judgment of 15 December 2005. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2006. N 7. С. 57, 102 - 116. 

В.Е. Баскакова предлагает дополнить пункт 2 части 4 статьи 413 УПК РФ новым подпунктом "в" следующего еще более широкого содержания: "Иными нарушениями международных договоров в области международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства" <12>. Тем не менее, несмотря на отсутствие соответствующих положений в процессуальном законе относительно нарушений Конвенции на стадии до рассмотрения дела по существу, в практике Верховного Суда Российской Федерации (далее - Верховный Суд), которая будет исследована далее, эти вопросы определенным образом получают свое разрешение.

--------------------------------

<12> Баскакова В.Е. Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств (вопросы теории и практики): Автореф. дис. ... к.ю.н. Екатеринбург, 2009. С. 18.

2.2. Процедура и сроки пересмотра

Пункт 5 статьи 415 УПК РФ регламентирует процедуру пересмотра: "Пересмотр приговора, определения или постановления суда по обстоятельствам, указанным в пунктах 1 и 2 части четвертой статьи 413 настоящего Кодекса, осуществляется Президиумом Верховного Суда Российской Федерации по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации не позднее одного месяца со дня поступления данного представления...".

Регламентируя срок рассмотрения представления, УПК РФ, однако, не устанавливает сроков подготовки представления и его направления Председателем Верховного Суда. Представляется, что этот срок в законодательстве должен быть установлен с учетом даты, когда постановление Европейского суда становится окончательным (3 месяца с даты его вынесения в соответствии со статьей 44 Конвенции о защите прав человека и основных свобод <13>), и времени, организационно необходимого Уполномоченному РФ при Европейском суде для выявления постановления, требующего принятия такой индивидуальной меры исполнения, как пересмотр дела в соответствии с нормами УПК РФ, подготовки перевода постановления и направления его в адрес Председателя Верховного Суда. На сегодняшний момент практика показывает, что с даты, когда постановление Европейского суда по правам человека стало окончательным, и до даты вынесения постановления по результатам пересмотра проходит от 6 до 10 месяцев <14>.

--------------------------------

<13> Часть 2 статьи 44 Конвенции устанавливает: "Постановление любой из палат становится окончательным, если: a) стороны не заявляют, что они будут просить о передаче дела в Большую палату; или b) по истечении трех месяцев с даты вынесения постановления не поступило обращения о передаче дела в Большую палату; или c) Коллегия Большой палаты отклоняет обращение о передаче дела согласно статье 43".

<14> Информация о делах, рассмотренных Президиумом Верховного Суда РФ в 2011 году, на сайте Верховного Суда РФ // URL: http:// www.supcourt.ru/ vs_cases2.php?iInstance= 7&number= &name= &rdate1= 01.01.2011&rdate2= 01.01.2012&search.x= 42&search.y=6.

Сами заявители и их адвокаты, заинтересованные в скорейшем принятии индивидуальных мер по результатам рассмотренных Европейским судом дел, считают эти сроки чрезмерными; при этом основная проблема состоит в отсутствии четкой регламентации срока для направления представления Председателем Верховного Суда.

Регламент Верховного Суда, утвержденный Постановлением Пленума Верховного Суда от 22 декабря 2009 года N 29, утративший силу 30 июня 2011 года в связи с утверждением нового Регламента <15>, содержал ряд положений, предписывающих Верховному Суду принятие общих и индивидуальных мер для исполнения постановлений Европейского суда. Пункт 6.4 Регламента предусматривал в отношении индивидуальных мер, в частности, следующее: "В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 413 УПК РФ в случае установления Европейским судом нарушения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении Судом Российской Федерации уголовного дела копия постановления Европейского суда передается в судебный состав докладчиков Президиума Верховного Суда для рассмотрения вопроса о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств. В случае пересмотра приговора, определения или постановления суда по основаниям, указанным в пункте 2 части 4 статьи 413 УПК РФ, копии постановления Президиума Верховного Суда направляются лицу, в отношении которого принято указанное постановление, прокурору и Уполномоченному Российской Федерации при Европейском суде". 

Сроки подготовки представления Председателем Верховного Суда и в данном пункте не были урегулированы, а в ныне действующем Регламенте Верховного Суда <16> вообще не нашли отражения функции, каким-либо образом связанные с ролью высшего судебного органа в реализации общих или индивидуальных мер по исполнению обязательств России, возникающих из постановлений Европейского суда. 

2.3. Результаты пересмотра

Согласно части 5 статьи 415 УПК РФ, по результатам рассмотрения представления Президиум Верховного Суда отменяет или изменяет судебные решения по уголовному делу в соответствии с постановлением Европейского суда.

В каких случаях Президиум Верховного Суда изменяет судебные постановления? Каковы основания для отмены судебных актов и варианты дальнейшего движения уголовного дела? Чего следует ожидать от пересмотра в контексте исполнения обязательств, возникающих у государства из постановления Европейского суда?

Полномочия Президиума Верховного Суда, в том числе и относительно возможности изменения судебного решения, обусловлены самой правовой природой новых обстоятельств, которые не подлежат проверке или расследованию в силу обязательности для правоприменителя признания Российской Федерацией юрисдикции Европейского суда по вопросам применения и толкования Конвенции <17>.

--------------------------------

<17> Судебное производство в уголовном процессе Российской Федерации: Практическое пособие по применению Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации / Под общ. ред. А.И. Карпова. М.: Юрайт, 2008. 

Анализ практики Президиума по пересмотру по новым обстоятельствам уголовных дел показывает, что прежде всего имеет значение содержание постановления Европейского суда, которое стало поводом для пересмотра. По сути, новым обстоятельством является правовая позиция Европейского суда о характере и сущности нарушения, допущенного при рассмотрении уголовного дела в национальном суде. 

2.3.1. Пересмотр по новым обстоятельствам дел, в которых было признано нарушение права на свободу выражения мнения

Статья 10 Конвенции защищает право на свободу выражения мнения, которое не является абсолютным и может подлежать ограничениям со стороны государства, если эти ограничения отвечают условиям, предусмотренным в статье 10 Конвенции: предусмотрены законом, преследуют охраняемые законом цели и необходимы в демократическом обществе, то есть пропорциональны преследуемым целям. Нарушения статьи 10 Конвенции констатируются Европейским судом именно тогда, когда эти условия ограничения прав не соблюдены либо примененное государством ограничение прав лица является чрезмерным, непропорциональным по отношению к защищаемым общественным интересам.

Европейский суд по правам человека рассмотрел ряд жалоб российских журналистов, осужденных по статьям 129 (клевета) и 130 (оскорбление) Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) за высказывание мнения и оценки в опубликованных ими материалах.

Специфика подобных дел по статье 10 Конвенции такова, что сам факт привлечения журналиста к уголовной ответственности за высказывание мнения и оценки влечет за собой дисбаланс в реализации права на свободу слова и допустимых ограничений со стороны государства, а потому рассматривается Европейским судом как чрезмерное ограничение права и нарушение права на свободу выражения мнения.

Так, в Постановлении по делу "Красуля против России" Европейский суд по правам человека отметил, что, "принимая во внимание роль журналиста и прессы в распространении информации и идей по вопросам, имеющим общественное значение, даже тех, которые могут оскорблять, шокировать или вызывать беспокойство, Европейский суд по правам человека полагает, что публикация заявителя не вышла за пределы приемлемой критики. Осуждение заявителя было несовместимым с принципами, закрепленными в статье 10 Конвенции, поскольку суды Российской Федерации не привели "достаточных" оснований, оправдывающих вмешательство в данном случае. Таким образом, Европейский суд по правам человека приходит к выводу, что внутригосударственные суды вышли за узкие пределы усмотрения, предоставленные им в сфере ограничения дискуссий, представляющих общественный интерес, и что вмешательство было несоразмерным преследуемой цели и не было необходимым в демократическом обществе" <18>.

--------------------------------

<18> ECtHR. Krasulya v. Russia. Application N 12365/03. Judgment of 22 February 2007. § 45 - 46. 

Анализируя последствия данного дела о признании нарушения статьи 10 Конвенции, В.С. Калашников указывает, что если установленное Европейским судом нарушение права на справедливое судебное разбирательство прямо предполагает пересмотр дела по существу, то разрешение Европейским судом вопросов материального права влечет за собой то, что национальному суду остается только официально подтвердить это решение: "Европейский суд по правам человека, рассматривая это дело, отметил, что, хотя статья, опубликованная заявителем, действительно была написана в сильных выражениях, в ней не использовался оскорбительный либо невоздержанный язык и она не выходила за пределы общепризнанной степени преувеличения или провокации, использование которых предусмотрено журналистской свободой. В такой ситуации Президиум Верховного Суда, пересматривая названные решения судов первой и кассационной инстанций, фактически воспроизвел аргументацию Европейского суда и отменил состоявшиеся в отношении заявителя судебные решения. Иными словами, в данном случае Верховный Суд оказывается "связанным" решением Европейского суда и вынужден не пересматривать дело по существу в полном смысле слова, а исполнять решение, вынесенное ЕСПЧ" <19>.

--------------------------------

<19> Калашников С.В. Применение общепризнанных принципов и норм в сфере защиты прав человека в России: вопросы теории и практики / Под ред. Д.С. Велиевой. М.: ДМК Пресс, 2010. 

Постановлением Президиума Верховного Суда от 8 апреля 2009 года приговор Октябрьского районного суда г. Ставрополя от 12 сентября 2002 года и Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 31 октября 2002 года в отношении Красули В.А. в части осуждения по части 3 статьи 129 УК РФ отменены, производство по делу в этой части прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ (за отсутствием в деянии состава преступления). За Красулей В.А. признано право на реабилитацию <20>.

--------------------------------

<20> Справочная информация по делам на сайте Верховного Суда РФ

Поскольку пересмотр дела по новым обстоятельствам несет в себе цель восстановления прав заявителя, для возвращения ситуации в первоначальное положение Верховный Суд воспроизводит правовую позицию Европейского суда о допущенном нарушении: в данной категории дел это позиция о том, что уголовная ответственность является чрезмерным и не отвечающим Конвенции вмешательством государства в реализацию права на свободу выражения мнения, и последствием такого постановления должен стать акт национального суда, устраняющий преступность деяния.

Аналогичным образом в результате принятия Постановления Европейского суда по делу "Порубова против России" <21> о признании не соответствующим статье 10 Конвенции осуждения заявительницы по статьям 129 и 130 Уголовного кодекса РФ Президиум Верховного Суда в Постановлении от 21 июля 2010 года признал ранее сделанные судами первой и второй инстанций выводы ошибочными и, устраняя преступность и наказуемость деяния, использовал ряд аргументов из правовых позиций Европейского суда, указав, в частности, следующее: "Поскольку лица, указанные в статьях, были профессиональными политиками, они намеренно и сознательно пошли на то, чтобы каждое их слово и поступок подвергались тщательному рассмотрению как журналистами, так и общественностью в целом" <22>.

--------------------------------

<21> ECtHR. Porubova v. Russia. Application N 8237/03. Judgment of 8 October 2009. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2010. N 4. С. 3, 87 - 94.

<22> Постановление Президиума Верховного Суда от 21 июля 2010 года. Дело N 147-П11. 

По делам Красули и Порубовой последствиями пересмотра стали непосредственное применение Верховным Судом правовых позиций Европейского суда и, как следствие, отмена актов, ранее вынесенных судами в рамках уголовных дел, прекращение производства по делу на основании пункта 1 части 2 статьи 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления, а также признание за заявителями права на реабилитацию. 

2.3.2. Пересмотр по новым обстоятельствам дел, в которых было признано нарушение права на справедливое судебное разбирательство

Европейский суд по правам человека, вынося постановление о нарушении статьи 6 Конвенции, вовсе не ожидает от процесса пересмотра в национальном суде какого-то конкретного результата. Европейский суд по правам человека интересует, чтобы правосудие в государствах - членах Совета Европы вершилось в рамках всех гарантий, предусмотренных национальным законодательством и статьей 6 Конвенции. Устанавливая процессуальные нарушения и ожидая, что наиболее эффективным средством их устранения будет новое рассмотрение дела с соблюдением всех норм и гарантий, он не предопределяет никакого результата судебного слушания. 

2.3.2.1. Пересмотр дел, в которых было признано нарушение права на защиту.

Нарушение права на защиту при рассмотрении уголовного дела в первой инстанции было установлено, например, в делах "Пищальников против России" <23> и "Ананьев против России" <24>. Так, в Постановлении Президиума Верховного Суда от 7 декабря 2011 года во исполнение Постановления Европейского суда по делу "Ананьев против России" указано следующее: "Европейский суд по правам человека признал нарушение пунктов 1 и 3 ("c") и "d" статьи 6 Конвенции о защите прав человека, поскольку Ананьев был удален из зала суда за высказывание угроз в адрес лиц, присутствовавших на слушании. Все доказательства, включая показания свидетелей, были изучены в его отсутствие. При этом интересы заявителя не представлялись адвокатом, от услуг которого он ранее отказался в связи с желанием осуществлять защиту своих прав самостоятельно. Суд не уведомил Ананьева о последствиях его удаления из зала судебного заседания и, в частности, о том, что если суд решит рассмотреть дело в отсутствие заявителя, то сделает это без назначения адвоката. С учетом этого невозможно сделать вывод о том, что Ананьев однозначно отказался от своего права присутствовать на судебном заседании или быть представленным на таковом. Данная ситуация не была исправлена после рассмотрения дела в кассационном порядке..." <25>.

--------------------------------

<23> ECtHR. Pischalnikov v. Russia. Application N 7025/04. Judgment of 24 September 2009. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2010. N 1. С. 120 - 138.

<24> ECtHR. Ananyev v. Russia. Application N 20292/04. Judgment of 30 July 2009.

<25> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 декабря 2011 года. Дело N 203П11. 

Нарушение права на защиту в кассационной инстанции устанавливалось Европейским судом в делах "Тимергалиев против России" <26>, "Шулепов против России" <27>, "Севастьянов против России" <28>, "Самошенков и Строков против России" <29>, "Сахновский против России" <30> и других. При пересмотре этих дел Президиум Верховного Суда цитировал позицию Европейского суда на предмет допущенного в кассационной инстанции нарушения, отменял постановление кассационной инстанции и направлял дело на новое кассационное рассмотрение <31>.

--------------------------------

<26> ECtHR. Timergaliyev v. Russia. Application N 40631/02. Judgment of 14 October 2008. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2009. N 9. С. 140 - 150.

<27> ECtHR. Shulepov v. Russia. Application N 15435/03. Judgment of 26 August 2008. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2009. N 6. С. 77 - 84.

<28> ECtHR. Sevastyanov v. Russia. Application N 37024/02. Judgment of 22 April 2010. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2010. N 11. С. 8, 37 - 49.

<29> ECtHR. Samoshenkov and Strokov v. Russia. Application N 21731/03, 1886/04. Judgment of 22 July 2010. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2011. N 7. С. 7, 92 - 102.

<30> ECtHR. Sakhnovskiy v. Russia. Application N 21272/03. Judgment of 5 February 2009. Перевод данного Постановления см.: Российская хроника Европейского суда. Приложение к Бюллетеню Европейского суда по правам человека. Специальный выпуск. 2010. N 1. С. 37 - 45.

<31> См., например: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2011 года N 224-П11. 

В Постановлениях по делам "Анатолий Тарасов против России" <32> и "Сабаев против России" <33> Европейский суд по правам человека указал, что нарушение статьи 6 Конвенции было допущено на стадии рассмотрения дела в надзорной инстанции.

--------------------------------

<32> ECtHR. Anatoliy Tarasov v. Russia. Application N 3950/02. Judgment of 18 February 2010. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2010. N 7. С. 3, 45 - 56.

<33> ECtHR. Sabayev v. Russia. Application N 11994/03. Judgment of 8 April 2010. Перевод данного Постановления см.: Российская хроника Европейского суда. Приложение к Бюллетеню Европейского суда по правам человека. Специальный выпуск. 2010. N 3. С. 114 - 119. 

При пересмотре дела Сабаева (Калужских) Президиум Верховного Суда сослался на правовые позиции Европейского суда о том, что заявитель не был ознакомлен с протестом заместителя Председателя Верховного Суда, поданным по его делу, и не были обеспечены участие и представительство заявителя в деле, в связи с чем было нарушено право на защиту. В связи с тем что Европейским судом были выявлены нарушения статьи 6 Конвенции, допущенные в надзорной инстанции, надзорное определение было отменено и произведен возврат к той стадии, где было допущено нарушение права на защиту: пересмотр дела осуществлялся в порядке главы 48 УПК РФ. Приговор в результате пересмотра был изменен (переквалификация в сторону смягчения приговора) <34>.

--------------------------------

<34> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 20 апреля 2011 года. Дело N 385П10. 

2.3.2.2. Пересмотр дел, в которых было признано нарушение права на допрос свидетеля.

Нарушение права на допрос свидетеля было установлено Европейским судом в делах "Мельников против России" <35>, "Кононенко против России" <36>, "Шаркунов и Мезенцев против России" <37>.

--------------------------------

<35> ECtHR. Melnikov v. Russia. Application N 23610/03. Judgment of 14 January 2010.

<36> ECtHR. Kononenko v. Russia. Application N 33780/04. Judgment of 17 February 2011.

<37> ECtHR. Sharkunov and Mezentsev v. Russia. Application N 75330/01. Judgment of 10 May 2010. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2010. N 11. С. 8, 132 - 147. 

Президиум Верховного Суда, пересматривая дело Мезенцева по новым обстоятельствам, указал следующее: "В связи с тем что Европейским судом по правам человека установлено нарушение пунктов 1, 3 ("d") статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, отмене подлежат судебные решения в отношении Мезенцева в части его осуждения по части 2 статьи 167 УК РФ, уголовное дело в этой части - передаче на новое судебное рассмотрение, поскольку в судебном заседании очевидец преступления - свидетель С. - не допрашивалась, надлежащих мер по обеспечению ее явки в суд принято не было, что могло повлиять на законность и обоснованность вынесенных судебных решений" <38>.

--------------------------------

<38> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 30 марта 2011 года. Дело N 373-П10. 

Верховный Суд для исполнения постановления Европейского суда в части принятия индивидуальных мер в своем акте воспроизводит правовые позиции Европейского суда и для устранения этих нарушений возвращает стороны в первоначальное состояние, то есть передает дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции с тем, чтобы при проведении нового процесса обеспечить лицу гарантии по равным возможностям допроса свидетеля. 

2.3.2.3. Пересмотр дел, в которых признано нарушение права на публичное слушание.

В деле "Крестовский против России" <39> Европейский суд по правам человека признал не соответствующим Конвенции проведение закрытого судебного заседания. В Постановлении Президиума Верховного Суда приведены доводы из Постановления Европейского суда: "Европейский суд по правам человека отметил, что [...] меры по обеспечению безопасности должны быть специально подобраны и соответствовать принципу необходимости. Суд не принял мер к рассмотрению всех возможных альтернативных мер обеспечения безопасности в зале суда, не указал, почему имевшаяся государственная система обеспечения безопасности в зале судебного заседания была недостаточной до такой степени, что попытка убийства не могла быть предотвращена иначе, чем путем полного закрытия доступа публики на слушание дела. [...] Европейский суд по правам человека пришел к выводу о том, что суд не уделил должного внимания праву Крестовского на публичное слушание дела" <40>. Президиум Верховного Суда также указал на важность конституционного принципа публичности и открытости судопроизводства и сделал вывод о том, что, поскольку судебное заседание по делу было закрытым без законных на то оснований, приговор и кассационное определение в отношении заявителя подлежат отмене, а уголовное дело - передаче на новое рассмотрение. Верховный Суд в целях выполнения мер restitutio in integrum специально указал стадию, на которую необходимо вернуться для устранения нарушений: поскольку решение о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании принято в отсутствие участников уголовного судопроизводства, уголовное дело следует передать на рассмотрение со стадии подготовки к судебному разбирательству.

--------------------------------

<39> ECtHR. Krestovskiy v. Russia. Application N 14040/03. Judgment of 28 October 2010.

<40> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 14 сентября 2011 года. Дело N 171-П11.

 

Исполняя Постановление по делу "Озеров против России" <41>, Президиум Верховного Суда привел доводы Европейского суда о том, что необеспечение явки в суд прокурора и рассмотрение дела Озерова при отсутствии данных об извещении прокурора и причинах неявки привели к нарушению пункта 1 статьи 6 Конвенции в аспекте необеспечения заявителю права на беспристрастный суд, поскольку в условиях отсутствия прокурора имело место смешение функций прокурора и судьи (в частности, оглашение обвинительного заключения судом), что вызывает сомнения в беспристрастности. Президиум Верховного Суда отменил приговор и кассационное определение и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции <42>.

--------------------------------

<41> ECtHR. Ozerov v. Russia. Application N 64962/01. Judgment of 18 May 2010.

<42> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 13 апреля 2011 года. Дело N 437П10. 

2.3.2.4. Пересмотр дел, в которых признано нарушение права на суд, созданный на основании закона.

Практика Президиума Верховного Суда по пересмотру уголовных дел, в которых Европейским судом было установлено нарушение статьи 6 Конвенции, в целом демонстрирует следование принципу добросовестного выполнения принятых государством обязательств по Конвенции и, в частности, обязательств по статье 46 Конвенции о признании обязательного характера постановлений Европейского суда для сторон по делу.

Однако есть категория дел, при пересмотре которых Президиум Верховного Суда отступает как от обязательств по Конвенции, так и от концепции новых обстоятельств, которые предполагается принимать такими, как они есть, и не устанавливать их заново при пересмотре. Кроме того, в этих делах видна явная непоследовательность позиции Президиума Верховного Суда.

Ряд постановлений Европейского суда устанавливает нарушение права на рассмотрение дела судом, созданным на основании закона, в связи с несоответствием федеральному закону фактического порядка отбора народных заседателей и исполнения ими полномочий <43>.

--------------------------------

<43> В уголовных делах этот период длился до 1 января 2004 года; после этой даты данная форма участия общественности в отправлении правосудия была законодательно упразднена. Подробнее см.: Деменева А.В. Народные заседатели "засиделись" в своих креслах // Юридический мир. 2003. N 7. С. 47 - 50. 

Содержащиеся в Постановлении Европейского суда по делу "Ларягин и Аристов против России" <44> правовые позиции о нарушении части 1 статьи 6 Конвенции стали поводом к пересмотру дела Президиумом Верховного Суда. В Постановлении от 16 июня 2010 года Президиум сослался на факт признания нарушения права на рассмотрение дела судом, созданным на основании закона, однако здесь же фактически стал оспаривать позицию Европейского суда, используя доводы, которые уже анализировались и были признаны несостоятельными при рассмотрении дела в Страсбурге. Президиум указал, что народные заседатели были привлечены к участию в отправлении правосудия в соответствии с Указом Президента от 25 января 2000 года, которым срок полномочий ранее назначенных народных заседателей был продлен, а значит, правовые основания участия народных заседателей не вызывают сомнения, и оставил в силе приговор, вынесенный в незаконном составе суда, и последующие акты вышестоящих судов, не устранивших данное нарушение <45>.

--------------------------------

<44> ECtHR. Laryagin and Aristov v. Russia. Application N 38697/02, 14711/03. Judgment of 8 January 2009. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2009. N 12. С. 108 - 116.

<45> Аналогичную позицию занял Президиум и при пересмотре дела после вынесения Европейским судом Постановления по делу "Захаркин против России" (ECtHR. Zakharkin v. Russia. Application N 1555/04. Judgment of 10 June 2011). См.: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 16 марта 2011 года. 

Фактическое оспаривание Президиумом Верховного Суда выводов Европейского суда влечет за собой не только нарушение уголовно-процессуального законодательства, но и отступление России от требований статьи 46 Конвенции об обязательном характере постановления суда и утрату смысла пересмотра как формы исполнения обязательств, возникающих у государства из правоприменительного акта международного судебного органа.

Однако в тот же период было также пересмотрено аналогичное дело после вынесения Постановления Европейского суда по делу "Илатовский против России" <46>. Президиум пришел к выводу, что в связи с установленными Европейским судом фактами нарушений отбора народных заседателей и исполнения ими полномочий не имелось правовых оснований для их участия в отправлении правосудия, приговор и последующие акты по делу были отменены, дело направлено на новое рассмотрение <47>.

--------------------------------

<46> ECtHR. Ilatovskiy v. Russia. Application N 6945/04. Judgment of 9 July 2009. Перевод данного Постановления см.: Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2010. N 3. С. 3, 88 - 97.

<47> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 14 апреля 2010 года. Дело N 3П10. 

Сославшись впоследствии на допущенные в Постановлении от 16 июня 2010 года по делу Ларягина и Аристова ошибки, Президиум Верховного Суда в своем новом Постановлении от 13 июля 2011 года пришел к выводу, что "принятое решение не в полной мере согласуется с положениями части 3 статьи 1 УПК РФ, не дано должной оценки всем выводам, изложенным в Постановлении Европейского суда по правам человека" <48>. При новом пересмотре Президиум не приводит контраргументов в отношении позиции Европейского суда, а делает вывод о необходимости возвращения дела на ту стадию, где нарушение было допущено. После Постановления Президиума от 13 июля 2011 года можно считать, что исполнение Постановления по делу Ларягина и Аристова в части индивидуальных мер состоялось.

--------------------------------

<48> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 13 июля 2011 года. Дело N 11-П11. 

Итак, изучение практики пересмотра уголовных дел после постановлений Европейского суда о нарушении статьи 6 Конвенции показывает, что далеко не всегда пересмотр ведет к прекращению уголовного преследования, да и не имеет такой цели. Безусловно, дисбаланс гарантий, прав и возможностей сторон в процессе может повлечь вынесение неправосудного приговора, однако проверить этот факт можно только путем проведения нового слушания, где такие гарантии и возможности лицу будут предоставлены.

Заявители обычно надеются, что при проведении процесса с предоставлением всех гарантий, предусмотренных законом и международными актами, доказательств их вины будет установлено недостаточно. В ряде случаев эти ожидания оправдываются, а в ряде случаев идеальный с точки зрения процессуальных гарантий процесс приводит к прежнему результату - установлению вины и осуждению. Тем не менее конвенционные органы будут считать постановление Европейского суда исполненным тогда, когда процесс будет воссоздан с предоставлением необходимых гарантий на той стадии, где установлено нарушение, и вне зависимости от его результата.

Именно такой подход к принятию индивидуальных мер по постановлениям Европейского суда о нарушении статьи 6 Конвенции наилучшим образом обеспечивает восстановление и прав заявителя, и общих принципов справедливого и законного судебного разбирательства. 

2.3.3. Пересмотр дел, в которых признано нарушение статей 3 и 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод

В делах, в которых Европейским судом было установлено нарушение статьи 3 Конвенции в связи с жестоким обращением с заявителями, Президиум ставит вопрос о наличии или отсутствии причинной связи между установленным нарушением и содержанием приговора и отвечает на этот вопрос отрицательно: "Указанные нарушения в данном случае не влекут необходимости пересмотра приговора, так как не свидетельствуют о его незаконности и необоснованности" <49>.

--------------------------------

<49> Постановление Президиума Верховного Суда от 13 июля 2011 года. Дело N 140-П11. 

С формально-юридической точки зрения постановка такого вопроса и выводы Верховного Суда правомерны и обоснованны: Европейский суд по правам человека, установив нарушение статьи 3 Конвенции, тем не менее не пришел к выводу о последовавшем нарушении защищаемого статьей 6 Конвенции права на справедливое судебное разбирательство. С другой стороны, жестокое обращение с заявителем в таких делах часто имеет цель получить признательные показания, а потому встает вопрос об их соотношении с общей массой других доказательств и, как следствие, вопрос о нарушении права на справедливое судебное разбирательство. Однако в рамках пересмотра они своего решения не находят.

При пересмотре уголовных дел по результатам вынесения постановлений Европейским судом о нарушении статьи 5 Конвенции <50> Президиум Верховного Суда отменяет акты, связанные с применением меры пресечения, но никак не приговор и не кассационное определение по самому уголовному делу: "Поскольку Европейский суд по правам человека признал по настоящему делу нарушение статей 3, 5 Конвенции, [...] отмене подлежат судебные решения, касающиеся этих вопросов, постановления следователя и прокуроров следует признать незаконными по аналогии с положениями статьи 125 УПК РФ" <51>.

--------------------------------

<50> European Court of Human Rights. Dolgov v. Russia. Judgment of 10 February 2011; Logvinenko v. Russia. Judgment of 17 June 2010; Makarenko v. Russia. Judgment of 22 December 2009; Polovinkin v. Russia. Judgment of 25 November 2010.

<51> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2011 года. Дело N 382П11. 

В постановлениях Президиума Верховного Суда аргумент об отсутствии влияния нарушения права на свободу и личную неприкосновенность на содержание приговора выглядит вполне убедительно, хотя многие правозащитники могут возразить, что содержание под стражей в нарушение Конвенции и/или национального законодательства может рассматриваться как фактор давления на лицо, содержащееся под стражей, а нахождение в тяжелых условиях лишения свободы с отсутствием доступа к естественному освещению, свежему воздуху, достаточному личному пространству да и просто спальному месту негативно сказывается на качестве его самостоятельной защиты в суде.

Последствия пересмотра данной категории дел, с одной стороны, разочаровывают заявителя, поскольку не меняют его положения как осужденного, с другой стороны, позитивно влияют на общую ситуацию восстановления законности, так как пересмотр ведет к отмене актов, принятых в нарушение обязательств в сфере защиты прав человека.

При этом устранение установленных нарушений после отмены актов об отказе в возбуждении уголовного дела по фактам жестокого обращения и проведение эффективного расследования представляются нереальными по прошествии 10-летнего периода: речь идет о делах, следствие по которым и рассмотрение дела в первой инстанции имели место 10 - 12 лет назад. Аналогично признание национальными судами каких-либо периодов содержания под стражей заявителя более 10 лет назад незаконными не имеет для него сколько-нибудь значимого эффекта, поскольку он уже удовлетворен позицией по этому поводу Европейского суда и даже справедливая компенсация ему уже присуждена.

В таких обстоятельствах пересмотр дел - это работа над ошибками для самих судебных органов, которая призвана повлиять на алгоритм мышления судей при избрании меры пресечения. Специфика пересмотра дел данной категории состоит в том, что постановления Президиума по ним полезны примером применения правовых позиций Европейского суда в национальном процессе, что немало в ситуации, когда в отношении России по статьям 3 и 5 Конвенции устанавливается множество нарушений и проблема считается системной, а значит, нуждается в усилении национальных средств защиты. 

Заключение

Предусмотренный УПК РФ пересмотр дел в связи с таким новым обстоятельством, как вынесение Европейским судом постановления о нарушении Конвенции, представляет собой процессуальную форму устранения на национальном уровне нарушений, установленных Европейским судом, а значит, и способ исполнения обязательств, возникающих у нашего государства в связи с постановлением Европейского суда.

В результате пересмотра уголовного дела на национальном уровне возможны следующие варианты: 1) прекращение производства по делу за отсутствием состава преступления непосредственно постановлением Президиума Верховного Суда (при исполнении постановлений Европейского суда о нарушении статьи 10 Конвенции); 2) отмена судебных актов и направление дела на новое рассмотрение на ту стадию судопроизводства, на которой было допущено нарушение, и предоставление заявителю возможности быть судимым с предоставлением необходимых прав и гарантий справедливого судебного разбирательства (при исполнении постановлений Европейского суда о нарушении статьи 6 Конвенции); и, наконец, 3) последствия, не связанные с отменой приговора, кассационного или надзорного определения и, соответственно, не дающие заявителю возможности получить иной результат рассмотрения дела о его виновности либо о квалификации деяния, однако реализующие важнейший принцип, заложенный в Конвенции, - принцип верховенства права.

Во всех трех вариантах наиболее значимым для российской судебной системы является то, что пересмотр осуществляется путем непосредственного применения правовых позиций Европейского суда высшим судебным органом государства. При этом важно, чтобы системный анализ практики Президиума Верховного Суда по пересмотренным делам снабдил нижестоящие суды примерами непосредственного применения Конвенции и правовых позиций Европейского суда в целях предупреждения и своевременного исправления на национальном уровне подобных нарушений в будущем. Даже проиграв дело в Европейском суде, государство впоследствии выигрывает при условии, что извлекает полезный для внутренних преобразований результат из постановления Страсбургского суда, добиваясь его эффективного исполнения.

Таким образом, добросовестное выполнение индивидуальных мер переходит в иное качество и связано уже с общими мерами, которые направлены на исполнение государством основных обязательств, обозначенных в статье 1 Конвенции: обеспечение каждому находящемуся под юрисдикцией государства прав и свобод, гарантированных Конвенцией. Обеспечение именно этих обязательств и является ключевой целью и смыслом деятельности Европейского суда по правам человека.  

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить