Решения Европейского суда по правам человека

Поиск решений ЕСПЧ по ключевым словам

Постановление ЕСПЧ Митрофан против Республики Молдова

Дата Постановления: 15/04/2013. Номер жалобы: 50054/07. Статьи Конвенции: 3, 6, 13. Уровень значимости: 3. 

Суть: Заявитель жаловался, в частности, на бесчеловечные условия содержания под стражей и на то, что осудившие его судебные инстанции не рассмотрели основные его доводы, приведенные в свою защиту.

ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО МИТРОФАН против РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА

(Жалоба № 50054/07)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ

15 января 2013 года

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ

15.04.2013

Данное решение может быть подвергнуто редакционной правке.

 

В деле Митрофан против Республики Молдова,

Европейский суд по правам человека (третья секция), заседая в составе Палаты, в которую вошли:

Жозэп Касадеваль, председатель Палаты

Альвина Гюлумян,

Корнелиу Бырсан,

Ян Шикута,

Луис Лопес Герра,

Нона Цоцория,

Валериу Грицко, судьи,

и Мариалена Цирли, заместитель секретаря секции,

заседая 11 декабря 2012 года, за закрытыми дверями, вынес в тот же день следующее постановление:

ХОД ПРОЦЕССА

1. Дело было инициировано жалобой (№ 50054/07) против Республики Молдова, поданной в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - конвенция), гражданином Республики Молдова, г-ном Валериу Митрофан (далее - заявитель), 15 ноября 2007 года.

2. Интересы заявителя представлял в суде г-н А. Бивол, адвокат, практикующий в мун. Кишинэу. Власти Республики Молдова (далее - власти) представлял уполномоченный Республики Молдова при Европейском суде по правам человека г-н В. Гросу.

3. Заявитель жаловался, в частности, на бесчеловечные условия содержания под стражей и на то, что осудившие его судебные инстанции не рассмотрели основные его доводы, приведенные в свою защиту.

4. 10 июля 2009 года Европейский суд уведомил власти о жалобе. Также, Суд решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с решением вопроса о ее приемлемости (согласно положениям пункта 1 статьи 29 Конвенции).

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель родился в 1963 году и проживает в мун. Кишинэу.

A. Тюремное заключение и уголовное судопроизводство против заявителя

6. На момент совершения деяний заявитель являлся директором частного лицея (В.) и временно исполняющим обязанности директора Промышленно-строительного колледжа (К., заведения, учрежденного государством). В 2004 году было возбуждено уголовное преследование в отношении заявителя, обвинив его в совершении мошенничества и превышении полномочий. Его обвинили в получении денежных сумм от двух учащихся лицея В. для продолжения учебы, но он не передал деньги в бухгалтерию школы.

7. 24 сентября 2004 года заявителя поместили под предварительный арест на основании ордера на арест, выданного тем же числом Судом сектора Чентру мун. Кишинэу. 30 сентября 2004 года Апелляционная палата Кишинэу отменила судебное заключение суда низшей инстанции, поскольку определила, что не существует оснований предполагать, что заявитель уклоняется или может повлиять на уголовное преследование, поскольку у него есть постоянное место жительства, он женат, у него на содержании несовершеннолетний ребенок и он обязуется являться по любому вызову органа уголовного преследования. Заявителя освободили в тот же день.

8. 20 ноября 2006 года Суд Григориополь приговорил его к трем годам тюремного заключения за мошенничество. Его оправдали по другим частям обвинения по причине отсутствия доказательств незаконного принятия денег от учащихся. В тот же день его арестовали и поместили в пенитенциарное учреждение № 13 Кишинэу.

9. 8 февраля 2007 года Апелляционная палата Кишинэу частично отменила приговор суда первой инстанции. Апелляционная палата определила, что заявитель допустил служебную халатность, поскольку принял двух новых учащихся в лицей В. и получил от них оплату за учебу, несмотря на то, что 25 декабря 2003 года Министерство образования приостановило лицензию лицея В. и принудило заявителя обеспечить перевод учащихся в другие образовательные учреждения. Поэтому, Апелляционная палата Кишинэу осудила заявителя на основании части (1) статьи 329 Уголовного кодекса (см. параграф 19 ниже) и скостила срок тюремного заключения до 8 лет.

10. В кассационной жалобе заявитель утверждал, что его не могут осудить на основании части (1) статьи 329 Уголовного кодекса (см. параграф 19 ниже), поскольку его действия не содержат состава преступлений, а именно, что действия не были совершены „публичным лицом” и что они не повлекли причинение ущерба в „крупных размерах”. В первую очередь, основанием для приговора послужило совершение предполагаемого преступления, когда он находился в должности директора лицея В. Находясь в должности директора частного образовательного учреждения, он не мог считаться лицом, исполняющим ответственную государственную должность, в соответствии с понятием, четко определенным в статье 123 Уголовного кодекса (см. параграф 19 ниже). Поэтому его не могли обвинить в служебной халатности при приеме учащихся на учебу в его частный лицей.

Во вторую очередь, предполагаемый нанесенный ущерб (3020 молдавских леев) не содержал состав преступления, предусмотренного ст. 329 Уголовного кодекса, поскольку не являлся „ущербом в крупных размерах”, определенным статьями 64 и 126 Уголовного кодекса, который должен составлять не менее 10000 молдавских леев (см. параграф 19 ниже).

В конечном итоге, заявитель утверждал, что он принял на обучение в своем лицее новых учащихся, поскольку он опротестовал в суде приказ Министра образования от 25 декабря 2003 года и, по его утверждениям, действие приказа было приостановлено, в результате чего оно не имело правового воздействия до вынесения судебного постановления.

11. 28 июня 2007 года Высшая судебная палата частично отменила решение Апелляционной палаты Кишинэу. Высшая судебная палата при рассмотрении требований, приведенных заявителем в своей кассационной жалобе, определила:

„Что касается доводов [заявителя] о том, что его следует оправдать по ч. (1) ст. 329 Уголовного кодекса по той причине, что его действия не содержат состава преступления, они являются необоснованными и противоречат материалам дела, а непризнание заявителем вины не означает, что его нужно оправдать, поскольку существуют убедительные доказательства, относящиеся к делу, которые, в совокупности, – с точки зрения их подтверждения, с уверенностью доказывают его вину в совершении вменяемого ему в вину преступления: договор № ... о приеме на обучение учащейся С. Н. за учебные годы ... заключенный между Л.Г. и директором [В.]; квитанции к приходному ордеру от 30 августа 2004 года о взыскании суммы, составляющей 2000 молдавских леев и к приходному ордеру от 6 июля 2004 года о взыскании суммы, составляющей 1000 молдавских леев и, соответственно суммы в 20 молдавских леев; приказ [Министерства образования] от 25 декабря 2003 года, согласно которому деятельность частных образовательных заведений, учрежденных [В.], была приостановлена”

В результате, Высшая судебная палата определила, что суды низшей инстанции не приняли во внимание обстоятельства, смягчающие ответственность заявителя, а именно, что он не имеет судимостей и положительно характеризуется в обществе. За неимением каких-либо отягчающих вину обстоятельств, суды низшей инстанции неверно приняли решение о применении в отношении него наказания в виде лишения свободы. Затем, Высшая судебная палата применила в отношении заявителя наказание в виде штрафа вместо наказания в виде лишения свободы. Таким образом, его освободили в тот же день, примерно спустя семь месяцев содержания под стражей в пенитенциарном учреждении № 13. Учитывая срок нахождения под предварительным арестом, заявителя полностью освободили от исполнения назначенного наказания в виде штрафа.

B. Условия содержания заявителя под стражей

12. Заявитель описал условия, в которых его содержали более 7 месяцев в пенитенциарном учреждении № 13 Кишинэу. Пенитенциарное учреждение расположено в старом здании возрастом 165 лет. Заявителя содержали в камере площадью 26 м2, в котором находились от 11 до 14 заключенных. Камера не была оборудована вентиляционной системой, а воздух поступал только сквозь два отверстия, проделанных в решетке, закрывающей окно. Температура воздуха в камере была очень низкой в зимнее время и очень высокой в летнее время, стены и потолок были сырыми, а туалет не был отделен от остального жилого помещения. В течение первых пяти месяцев заключения заявителю не выдавали постельного белья, и он спал на непокрытом матрасе. Хотя ему потом выдали постельное белье, его очень редко меняли. В камере никогда не проводили уборку; матрас был инфицирован паразитами и поэтому он не мог спать. Свет в камере был тусклым для чтения. В душ разрешалось ходить один раз в неделю, а день, когда они принимали душ, не совпадал с днем, когда меняли постельное белье, по этой причине они не могли избавиться от паразитов. Еда было несоответствующей и плохого качества; порции не соответствовали стандарту, установленному Правительством, в особенности мясо, рыба, яйца и молочные продукты.

13. Заявитель подал 44 жалобы относительно условий содержания его под стражей в разных органах власти. Он ходатайствовал, помимо прочего, о сокращениичисла лиц, содержащихся в камере№75 (в которой содержался и он) от 14 лиц до 8 человек, в соответствии с нормой, составляющей 4 м2 жилого помещения на каждого заключенного. Заявитель потребовал дополнительный час на прогулку для всех заключенных из его камеры для улучшения положения по перенаполнению. В период 19 марта и 15 мая 2007 года заявитель подал шесть жалоб в связи с отсутствием вентиляции и доступа к чистому воздуху, которые отягчали условия перенаполнения. 25 марта 2007 года заявитель потребовал перевести его в камеру с некурящими, поскольку он подвергался пассивному курению, жалуясь, что „это было более тяжким наказанием, чем назначенное ему наказание в виде тюремного заключения сроком, составляющим восемь месяцев”. 3 мая 2007 года заявитель пожаловался на не обеспечение его соответствующей едой, в соответствии с требованиями постановлений Правительства, относящимися к делу, утверждая, помимо прочего, что заключенным из его камеры распределяли маленькие порции сахара и хлеба. Заявитель ходатайствовал о том, чтобы порцию еды периодически проверяли на соответствие норме, предписанной законом. В период 30 марта и 28 мая 2007 года, заявитель подал четыре жалобы о заражении камеры паразитами и потребовал, чтобы день, когда меняют постельное белье, соответствовал дню, когда они принимают душ в целях исключения риска постоянного инфицирования. 12 мая 2007 года заявитель потребовал разные материалы на ремонт (вместе с другими его сокамерниками) потолка и стен камеры, поскольку потолок был черным, а краска отходила от стен.

14. Заявитель получил всего пять писем-ответов на его жалобы, в которых ему сообщили о том, что его переведут в другое пенитенциарное учреждение только после вынесения окончательного судебного постановлении по его делу. Однако в письмах не было ответа на вопросы, заданные заявителем. Заявитель утверждал, что 17 мая 2007 года после того, как он подал повторную жалобу на отсутствие вентиляционной системы в камере, в коридоре открыли окно, расположенное напротив его камеры, которое обеспечивало доступ большего количества воздуха. 7 июня 2007 года в ответ на его жалобу разрешить ему посещать читальный зал библиотеки пенитенциарного учреждения, ему сообщили, что пенитенциарное учреждение № 13 не располагает таким помещением.

15. 19 февраля и 26 марта 2007 года заявитель жаловался на то, что его содержат в пенитенциарном учреждении закрытого типа, несмотря на то что его приговорили отбывать наказание в пенитенциарном учреждении полузакрытого типа, в котором он имел бы право свободно перемещаться в периметре пенитенциарного учреждения (в отличие от одного часа на прогулку в пенитенциарных учреждениях закрытого типа).

16. 2 июля 2007 года врач пенитенциарного учреждения осмотрел заявителя и сообщил ему, что он подвергался риску заболеть туберкулезом. Врач отметил, что заявителя должен осмотреть офтальмолог.

II. ВНУТРЕННЕЕ ПРАВО И ПРАКТИКА, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ ДЕЛА

17. Соответствующие принципы внутреннего права были изложены в делах Островар против Молдовы (№ 35207/03, 13 сентября 2005 года); Шарбан против Молдовы (№ 3456/05, 4 октября 2005 года); Бекчиев против Молдовы (№ 9190/03, 4 октября 2005 года).

18. Положения Гражданского кодекса, относящиеся к делу, гласят:

Статья 1398. Общие основания и условия деликтуальной ответственности

„(1) Лицо, которое виновно совершило неправомерные действия по отношению к другому лицу, обязано возместить имущественный вред, а в предусмотренных законом случаях – также и моральный вред, причиненные действием или бездействием.

(2) Вред, причиненный правомерными действиями или при отсутствии вины, подлежит возмещению только в случаях, прямо предусмотренных законом.

...”

Статья 1422. Возмещение морального вреда

„(1) В случае причинения лицу морального вреда (нравственных или физических страданий) посредством деяний, посягающих на его личные неимущественные права, а также в других предусмотренных законом случаях судебная инстанция вправе обязать ответственное за вред лицо возместить его в денежном эквиваленте.

(2) Моральный вред возмещается независимо от наличия и размера имущественного вреда.

(3) Моральный вред возмещается независимо от вины совершившего неправомерное действие лица в случае, когда вред причинен вследствие незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения меры пресечения в виде предварительного заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста, неоплачиваемого труда в пользу общества и в других случаях, предусмотренных законом”.

19. Положения Уголовного кодекса, относящиеся к делу, гласят:

Статья 64. Штраф

„...2. ... Одна условная единица штрафа равняется 20 леям” .

Статья 123. Должностное лицо, публичное лицо и лицо, исполняющее ответственную государственную должность

„(1) Под должностным лицом понимается лицо, наделенное в государственном предприятии, учреждении, организации (их подразделении) либо в предприятии, учреждении, организации (их подразделении) органов местного публичного управления, постоянно или временно, в силу закона, по назначению, по выбору или в силу отдельного поручения определенными правами и обязанностями по осуществлению функций публичной власти или действий административно-распорядительного либо организационно-хозяйственного характера”.

Статья 126. Особо крупный, крупный размер, значительный и существенный ущерб

„(1) Под особо крупным, крупным размером понимается стоимость похищенных, добытых, полученных, изготовленных, уничтоженных, использованных, перевезенных, находящихся на хранении, реализованных, перемещенных через таможенную границу ценностей, стоимость ущерба, причиненного лицом или группой лиц, превышающая на момент совершения преступления соответственно 5000 и 2500 условных единиц штрафа”.

Статья 329. Служебная халатность

„(1) Невыполнение или ненадлежащее выполнение публичным лицом своих обязанностей вследствие небрежного или недобросовестного к ним отношения, повлекшие причинение ущерба в крупных размерах общественным интересам либо правам и охраняемым законом интересам физических или юридических лиц, наказываются штрафом в размере до 500 условных единиц или лишением свободы на срок до 2 лет с лишением или без лишения в обоих случаях права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет”.

20. Положения Уголовно-процессуального кодекса, относящиеся к делу, гласят:

Статья 414. Рассмотрение апелляционной жалобы

„... 5. Апелляционная инстанция обязана высказаться по всем мотивам, приведенным в апелляционной жалобе...”

Статья 427. Основания обжалования в кассационном порядке

(1) Решения апелляционной инстанции могут быть обжалованы в кассационном порядке с целью исправления правовых ошибок, допущенных судебными инстанциями, рассматривавшими дело по существу, и апелляционными инстанциями, по следующим основаниям:

6) ... апелляционная инстанция не высказалась по всем основаниям, приведенным в апелляционной жалобе, либо обжалованное решение не содержит мотивов, на которых оно основывается...”;

21. В соответствии со статьей 244 Исполнительного кодекса (вступившего в силу с 1 июля 2005 года, с изменениями, внесенными 5 ноября 2010 года), норма жилого помещения на одного заключенного должна быть не менее 4 м2.

22. По утверждению властей, после принятия двух законов об амнистии (№ 278 от 16 июля 2004 года и №188 от 10 июля 2008 года), а также поправок в Уголовный кодекс (Закон №194-XVI от 29 июня 2006 года), целью которых была декриминализация мелких преступлений и запрет содержания под стражей в виде наказания за другие виды преступлений, общее число заключенных в пенитенциарных учреждениях Республики Молдова сократилось от 10591 1 января 2004 года до 6335 1 декабря 2010 года. Кроме этого, более 400 дел о сокращении наказаний в виде лишения свободы, находились на рассмотрении в национальных судах.

23. 24 октября 2003 года Парламент принял Постановление № 415-XV об утверждении Национального плана действий в области прав человека за 2004-2008 годы. План включал задачи, которые должны были быть выполнены на протяжении четырех лет, целью которых являлось улучшение условий содержания под стражей, в том числе уменьшение перенаполнения камер, улучшение медицинской помощи, содействие социальной реинтеграции заключенных и облегчение их трудоустройства, а также организация семинаров для персонала пенитенциарных учреждений. Периодически представлялись доклады о внедрении Плана действий.

По Постановлению Правительства от 31 декабря 2003 года об утверждении Концепции реформы пенитенциарной системы, власти Республики Молдова утвердили также и План мер на 2004-2013 года по осуществлению реформы пенитенциарной системы, цель обоих состояла в улучшении условий содержания под стражей в пенитенциарных учреждениях.

29 июня 2007 года власти утвердили изменения в Концепции реформы пенитенциарной системы и утвердили новый План мер на 2004-2020 годы по осуществлению целей этой Концепции.

24. В неуказанный день, Министерство юстиции опубликовало Доклад о „Внедрении Министерством юстиции 14-го раздела Национального плана действий в области прав человека на 2004-2008 годы, утвержденного Постановлением Парламента № 415-XV от 24 октября 2003 года”. 25 ноября 2005 года Парламентская комиссия по правам человека опубликовала Доклад о внедрении Национального плана действий. Оба доклада подтверждают недостаточное финансирование пенитенциарной системы и, следовательно, провал комплексного внедрения Национального плана действий в области прав человека в пенитенциарных учрежденияхРеспублики Молдова, в том числе в пенитенциарном учреждении № 13 Кишинэу. Первый из этих докладов гласит, помимо прочего, что „столько времени сколько цели Национального плана действий в области прав человека не получают необходимого финансового подкрепления ... защита прав человека остается лишь хорошим намерением государства, так, как предусматривает Постановление Парламента № 415-XV от 24 октября 2003 года, результатом чего является не внедрение или частичное внедрение Плана действий.”

25. Власти представили копии некоторых постановлений по делам Другалев против Министерства внутренних дел и Министерства финансов; Гриштюк против Министерства финансов и Департамента пенитенциарных учреждений; Ипате против Департамента пенитенциарных учреждений и Чорап против Министерства финансов, Министерства внутренних дел и Генеральной прокуратуры - во всех делам заявителям присудили компенсации за жестокое обращение и/или бесчеловечные условия содержания под стражей. Присуждая компенсации, национальные судебные инстанции основывались на положения Закона об охране здоровья, утвержденного 28 марта 1995 года, положения статьи 1422 Гражданского кодекса (в деле Гриштюк) и статьи 1398 Гражданского кодекса (в деле Ипате). В делах Другалев и Чорап судебные инстанции определили, что национальное законодательство не предусматривает законного основания для присуждения компенсаций и сослались на положения Конституции и юриспруденцию Европейского суда.

26. В разделе “Условия содержания под стражей” доклада за 2010 год (стр. 142 и следующие) Центр по правам человека в Молдове (далее - центр, который является учреждением Омбудсмена в Молдове) постановил, помимо прочего, что:

„Обеспечение нормы жилой площади (4 м²) в жилых корпусах учреждения остается «неудобной» проблемой, которая перешла в разряд системных проблем всей пенитенциарной системы....

Такое же положение было зафиксировано в пенитенциарном учреждении № 13 мун. Кишинэу, во время его посещения 9 сентября 2010 года. На момент посещения, в камере № 38 площадью в 24 м2 содержались восемь человек. Такое же положение неоднократно установлено сотрудниками Центра по правам человека в Изоляторе уголовного преследования мун. Кишинэу. Во время посещения от 19 мая 2010 года пенитенциарного учреждения № 7 Руска, в камере корпуса № 2 площадью 15,5 м2 содержались шесть заключенных, и в пенитенциарном учреждении № 4 Крикова в жилом корпусе № 7 содержались более 20 человек в помещении площадью 65 м2.

Проблема перенаполнения тюремных камер в стране неоднократно отмечалась парламентским адвокатом в качестве Национального механизма предупреждения пыток. ...

...Департамент пенитенциарных учреждений сообщил парламентскому адвокату, что предоставление [заключенным] мяса и рыбы осуществляется по мере возможности. Учитывая тяжелое финансовое положение в 2010 году, заключенные пенитенциарного учреждения № 17 Резина были обеспечены мясными продуктами в объеме 75% от необходимого количества, рыбными продуктами – в объеме 80%. В этой связи Министерство юстиции предоставило информацию о расходах в 2010 году на обеспечение питанием заключенных. Таким образом, в 2010 году из государственного бюджета были выделены 24,05 млн. леев на питание заключенных, в то время как реальные потребности на этот период, представленные Министерству финансов в проекте Закона о бюджете, составляли 29,05 млн. леев. На питание одного заключенного в 2010 году тратилось по 10,24 леев в день, при необходимости в 12,35 леев. Зачастую этот аргумент служил для администрации пенитенциарных учреждений основанием для оправдания невозможности обеспечения заключенных мясными и рыбными продуктами.

...

Проблема санитарных условий, освещения и вентиляции актуальна для всех пенитенциарных учреждений из Республики Молдова, за исключением пенитенциарных учреждений №1 Тараклия и № 7 с. Руска, Хынчешть.

Республика Молдова унаследовала устаревшие пенитенциарные учреждения, со старыми постройками лагерного типа, соответствующими советским стандартам. Эти типы пенитенциарных учреждений не соответствуют стандартам и требованиям национальных и международных документов, а финансовые возможности государства не позволяют их перестроить.

В пенитенциарных учреждениях, за исключением пенитенциарного учреждения № 1 г. Тараклия, осужденные размещены в больших спальнях, которые не могут в полной мере обеспечить заключенным нормальное проживание: пространство для сна, пространство для дневных занятий и санитарный блок. Заключенные содержатся в переполненных, темных, сырых помещениях, которые не оборудованы вентиляционными системами и в которых преобладает дым сигарет. В некоторых пенитенциарных учреждениях двухуровневые кровати препятствуют проникновению дневного света.”

III. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ДОКУМЕНТЫ, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ ДЕЛА

27. Соответствующие части доклада Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения о своем визите в Республику Молдову в период с 14 по 24 сентября 2007 года (CPT/Inf (2008) 39), гласят (неофициальный перевод):

“46. В начале визита в 2007 году, директор Департамента пенитенциарных учреждений Министерства юстиции представил делегации подробную информацию о принятых или начатых мерах в области реформы молдавской пенитенциарной системы и внедрения рекомендаций Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения. Одна их этих мер, заслуживающая оценки, предусматривает сокращение численности населения в пенитенциарных учреждениях страны. Во время визита в 2007 году, общее число заключенных составляло 8033 (из которых 1290 взятых под стражу временно содержатся до освобождения), в то время как в 2004 году это число составляло 10591. Это позитивное стремление можно отнести к законодательным реформам, произведенным в последние годы, а именно вступление в силу нового Исполнительного кодекса в июле 2005 года и принятие поправок в Уголовный кодекс и в Уголовно-процессуальный кодекс. В результате, произошел рост числа условно-досрочных освобождений, а также стало более широким применение альтернативных наказаний и более выборочным применение судами временного содержания под стражей.

Помимо этого, внедрение „Концепции реформирования пенитенциарной системы на 2004-2013 годы” было произведено путем увеличения аллокации бюджетных ресурсов (от 75,8 млн. леев в 2004 году до 166,1 млн. леев в 2007 году), а также путем вложения иностранных инвестиций. Это позволило, помимо прочего, улучшить питание заключенных и медицинский уход, а также начать ремонтные работы во многих пенитенциарных учреждениях (например, №1 Тараклия, № 7 Руска и № 17 Резина).

В результате, произошло важное изменение менталитета благодаря усовершенствованию порядков набора и формирования персонала. Делегации сообщили, что сменили директоров во многих пенитенциарных учреждениях за год до визита, в результате конкурса и после пробного периода. Помимо этого, были разработаны новые образовательные программы, ставящие акцент в частности на вопросы по правам человека...

47. Европейский комитет по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения может только приветствовать вышеназванные меры, принятые молдавскими властями. Тем не менее, информация, накопленная делегацией Комитета во время визита в 2007 году, свидетельствует о том, что еще есть много работы. В частности, осталась проблема перенаполнения тюрем; вопреки тому, что все посещенные учреждения работали на уровень ниже своих официальных возможностей, площадь жилого помещения для каждого заключенного сводилась в среднем к 2 м2, а не к 4 м2, как предусмотрено законодательством Республики Молдова.

Европейский комитет по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения убежден, что единственным устойчивым способом контролировать перенаселение и достигнуть нормы жилой площади (4м²) на одного заключенного, является принятие некоторых ограничивающих политик или модулирование числа заключенных, направленных в пенитенциарное учреждение.

В этой связи, Комитет должен обозначить потребность в стратегии, которая предусмотрит одновременно заключение под стражу и освобождение из-под стражи, чтобы быть уверенным, что тюремное заключение действительно является последним решением. Это предполагает, в первую очередь, проставление акцента на меры пресечения без лишения свободы до вынесения приговора, и, во вторую очередь, принятие мер, облегчающих восстановление в обществе лиц, которые отбыли тюремное наказание.

Европейский комитет по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения надеется на то, что власти Республики Молдова продолжат прилагать усилия для борьбы с проблемой перенаполнения пенитенциарных учреждений и, следовательно, последуют Рекомендации Rec (99)22 Комитета министров Совета Европы о проблеме перенаполнения пенитенциарных учреждений и увеличения числа лиц, находящихся под стражей, а также Рекомендации Rec (2003)22 об условно-досрочном освобождении.”

ПРАВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

28. Заявитель жаловался на нарушение статьи 3 Конвенции, основывая свои доводы на положение, в частности, на бесчеловечные условия содержания под стражей. Статья 3 Конвенции гласит следующее:

„Никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию”.

A. Приемлемость

29. Власти утверждали, что заявитель не исчерпал внутренние правовые средства защиты, что касается бесчеловечных условий содержания под стражей. В особенности, заявитель подал много «неправдоподобных» и необоснованных жалоб, но никогда не ходатайствовал о возбуждении уголовного преследования против лиц, ответственных за обеспечение соответствующих условий содержания под стражей, и не возбудил гражданский иск о возмещении компенсации.

30. Заявитель опроверг этот довод, ссылаясь на 44 жалобы, поданные в течение 7 месяцев содержания под стражей, которые были очень специфическими (а также жалобы на перенаполнение камеры, отсутствие вентиляционной системы и несоответствующие порции еды). Кроме этого, он принял безуспешные попытки найти альтернативные средства по улучшению положения, потребовав дополнительные часы на прогулку и разрешение посещать читальный зал библиотеки пенитенциарного учреждения.

31. Суд признал, что право выбора правового средства принадлежит заинтересованному лицу, и то обстоятельство, что выбор заявителя пришелся на такое правовое средство, которое меньше других подходит к его конкретным обстоятельствам, не имеет никакого значения (см., например, Эйри против Ирландии, 9 октября 1979 года, § 23, серия A № 32). Суд признал, что жалобы, поданные заявителем во время содержания его под стражей (см. параграф 13 выше), были серьезными и специфичными и являли собой реальные попытки добиться улучшения данного положения.

32. Суд еще раз напоминает, что он неоднократно рассматривал вопрос о национальных правовых средствах защиты, что касается несоответствующих условий содержания под стражей в Республике Молдова (см. вышеприведенное решение по делу Шарбан, §§ 57-62; Холомеев против Молдовы, № 30649/05, §§ 101-107, 7 ноября 2006 года; Истратий и другие против Молдовы, № 8721/05, 8705/05 и 8742/05, § 38, 27 марта 2007 года; Модырка против Молдовы, № 14437/05, § 47, 10 мая 2007 года; и Степуляк против Молдовы, № 8207/06, § 46, 6 ноября 2007 года) и в каждом из этих дел Суд приходил к выводу, что правовые средства защиты, приведенные властями были неэффективными для лиц, которые и в дальнейшем остаются пребывать в тюремном заключении. В деле Малай против Молдовы (№7101/06, §§ 42-46, 13 ноября 2008 года) Суд признал, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции по причине отсутствия эффективных правовых средств защиты относительно бесчеловечных и унижающих достоинство условий содержания под стражей и заключил, что „не продемонстрировано существование эффективных правовых средств защиты по предмету жалобы заявителя, сформулированной на основании статьи 3”, что касается условий содержания под стражей. Суд не видит никакого повода для уклонения от этого заключения по данному делу.

33. Суд поэтому приходит к выводу, что жалобу объявить неприемлемой невозможно из-за не исчерпания внутренних правовых средств защиты и, соответственно, предварительное возражение властей отклоняется. Также, Суд отметил, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта (a) пункта 3 статьи 35 Конвенции и не является неприемлемой по любым другим причинам. Поэтому жалоба объявляется приемлемой.

B. По существу жалобы

34. Заявитель утверждал, что его содержали в бесчеловечных условиях содержания под стражей больше 7 месяцев (см. параграф 12 выше). Он подал 44 жалобы в органы власти в связи с разными аспектами его условий содержания под стражей, все они были специфическими и ссылались на применимые положения законодательства. Кроме этого, заявитель попытался (но безуспешно) улучшить свои условия содержания под стражей, потребовав у руководства пенитенциарного учреждения дополнительные часы на ежедневные прогулки и разрешение посещать читальный зал библиотеки пенитенциарного учреждения. В конечном итоге, он утверждал, что описание условий содержания его под стражей совпадали с констатированиями Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращенияотносительно пенитенциарного учреждения № 13 (бывшего пенитенциарного учреждения № 3).

35. Власти утверждали, что описание заявителем условий содержания под стражей было неправдивым. Камера № 75 пенитенциарного учреждения № 13 (в которой содержали заявителя) имела доступ к дневному свету, была хорошо освещена и снабжена вентиляцией. Регламент пенитенциарного учреждения запрещал курение вне мест, специально предназначенных для этого, а камеры регулярно дезинфицировались Центром превентивной медицины. Заявитель имел доступ к литературе библиотеки пенитенциарного учреждения, несмотря на то, что в этом учреждении не было отдельного читального зала. Помимо этого, в период содержания заявителя под стражей, условия содержания в пенитенциарных учреждениях Республики Молдова были улучшены, как установил и Европейский комитет по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращенияво время своих посещений. Правительство выделило дополнительные средства на ремонт 165 камер из разных пенитенциарных учреждений, расположенных на территории республики, а Министерство юстиции подписало соглашение с учреждением Парламентского адвоката в целях гармонизации законодательства и национальной практики с международными стандартами в области прав человека.

36. Что касается условий содержания под стражей, Суд повторил, что государство должно гарантировать, что лицо содержится под стражей в условиях, совместимых с его человеческим достоинством, и что метод и способ исполнения меры не подвергают лицо душевным страданиям и тяготам такой степени тяжести, что они превышают неизбежный уровень страдания, присущий содержанию под стражей: с учетом практических требований заключения, здоровье и благополучие заключенного должны, среди прочего, гарантироваться представлением ему требуемой медицинской помощи (см. Кудла против Польши [MC], № 30210/96, §§ 92-94, ЕСПЧ 2000‑XI, и Попов против России, № 26853/04, § 208, 13 июля 2006 года).

37. В настоящем деле, суд определил, что заявитель подал много специфических жалоб о размере камеры № 75 пенитенциарного учреждения № 13, а также о количестве лиц, содержащихся в этой камере (от 11 до 14 человек в камере, площадью 26 м2 – см. параграф 12 выше). Несмотря на то, что власти владели всей необходимой информацией, они ограничились общими утверждениями о площади камеры и числе содержащихся в ней лиц и не представили ни одного оправдательного документа, который бы опроверг доводы заявителя о предполагаемом перенаполнении камеры. Более того, в своих жалобах, поданных руководству пенитенциарного учреждения заявитель, как и в настоящей жалобе, указал одно и то же число заключенных, находящихся с ним в одной камере. Власти опровергли требование заявителя о том, он не получил ответа на его жалобы о перенаполнении камеры.

38. Следовательно, Суд принимает описание заявителя как правдивое. Получается, что в его камере было от 1,85 до 2,36 м2 жилого помещения, что существенно меньше законной нормы, составляющей 4 м2 для каждого заключенного (см. параграф 21 выше). Помимо этого, он проводил до 23 часов в день в своей камере и ему не выделяли дополнительные часы на ежедневные прогулки или посещение читального зала библиотеки, поскольку в пенитенциарном учреждении не было такого зала (см. параграф 14 выше). Суд приходит к выводу, что заявителя содержали в экстремальных условиях перенаполнения. Суд определил ранее во многих делах, что чрезмерное перенаполнение камеры в пенитенциарном учреждении может составить собой нарушение статьи 3 Конвенции (для более подробного рассмотрения принципов, применяемых в отношении перенаполнения, в частности, см. Ананьев и другие против России, № 42525/07 и 60800/08, §§ 143-148, 10 января 2012 года).

39. Также, заявитель утверждал, что был вынужден спать на матрасе, зараженном паразитами, и что постельное белье меняли очень редко. Также заявитель жаловался на несоответствующее количество и качество даваемой ему еды. Несмотря на то, что заявитель не представил доказательств в поддержку своих требований, приложив лишь копии своих жалоб в этом направлении (см. параграф 13 выше), тем не менее, не имея реплик в поддержку противоположного, Суд опять признает доводы заявителя как правдивые.

40. Также, из констатирований национального парламентского адвоката является очевидным, что пенитенциарная система еще в 2010 году располагала недостаточными денежными средствами для обеспечения обязательной минимальной нормы еды, предусмотренной постановлениями Правительства, относящимися к делу (см. параграф 26 выше).

41. Поэтому Суд приходит к заключению, что заявителя содержали в условиях перенаполнения, он пострадал по причине заражения камеры паразитами и ему даже не давали обязательную минимальную норму еды, предусмотренную постановлением Правительства, относящегося к делу. Поэтому, в настоящем деле, имело место нарушение статьи 3 Конвенции.

II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ

42. Заявитель жаловался на нарушение статьи 6 Конвенции по причине того, что национальные судебные инстанции не высказались по поводу основных его доводов и осудили его на основании положения Уголовного кодекса, которое, что является очевидным, не было применимым к его делу. Положения статьи 6, относящиеся к данному делу, гласят:

«при предъявлении ему ... любого уголовного обвинения, каждый имеет право на ... разбирательство дела в разумный срок ... судом ...»

A. Приемлемость

43. Суд определил, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта (a) пункта 3 статьи 35 § 3 Конвенции. В дальнейшем, Суд определяет, что она не является неприемлемой ни по каким-либо другим основаниям. Поэтому жалоба, о которой идет речь, объявляется приемлемой.

B. По существу жалобы

1. Возражения сторон

(a) Заявитель

44. Заявитель утверждал, что его осудили на основании статьи 329 Уголовного кодекса (см. параграф 19 выше), которая, по его утверждениям, была явно неприменима к его делу по двум отдельным причинам. Несмотря на то, что заявитель привел эти доводы национальным судам, они не объяснили четко, почему ни один приведенный довод не смог послужить основанием для исключения применения к его делу статьи 329. Тем не менее, это объяснение было очень важным, потому что если бы судебные инстанции приняли оба довода заявителя, они не смогли бы приговорить его на основании статьи 329.

45. Помимо этого, заявитель указал, что, несмотря на то, что утверждение властей о том, что установленная судебная практика получила развитие благодаря трактованию положений законодательства, относящихся к делу, что исключает обязательство судебных инстанций вновь напоминать каждый раз основания для отклонения доводов заявителя, тем не менее, власти не приложили к своим возражениям пример такой практики. Напротив, в комментарии к Уголовному кодексу, разработанном известными преподавателями права и судьями высокого уровня, который был представлен Суду заявителем, написано, что «из формулировки статьи 329, следует, что понятие «служебная халатность» можно трактовать как невыполнение или ненадлежащее выполнение публичным лицом своих обязанностей вследствие небрежного или недобросовестного к ним отношения”. По его мнению, это трактование поддерживает его довод о том, что получив от учащихся плату за принятие на обучение в свой частный лицей, он не считаться публичным лицом, исполняющим ответственную государственную должность, и, следовательно, не мог допустить халатность в исполнении каких-либо служебных обязанностей по смыслу статьи 329.

(b) Власти

46. Власти утверждали, что в соответствии с принципом субсидиарности, в обязанность национальных судебных инстанций входит изучение доказательств, накопленных по соответствующему делу, и определение виновности или невиновности обвиняемого лица. Обратившись со своей жалобой в Суд, заявитель был заинтересован, в частности, в возобновлении судопроизводства на национальном уровне и побоялся получить от Суда иное толкование, чем вынесенное национальными судебными инстанциями в отношении специфических положений законодательства Республики Молдова.

47. В любом случае, судебные инстанции не были обязаны обосновать отклонение доводов заявителя, которые уже неоднократно были изучены в предыдущей юриспруденции, а обстоятельства дела не могли вынудить судебную инстанцию прийти к другому выводу. Заявитель имел возможность привести свои доводы перед судебными инстанциями и, также, имел возможность воспользоваться услугами адвоката.

2. Мнение Европейского суда

(a) Основные принципы

48. Суд напоминает, что пункт 1 статьи 6, помимо прочего, имеет целью обязательство „судебной инстанции” проведения адекватного исследования утверждений, доводов и доказательств, представленных сторонами, не нанося ущерба оценке, данной инстанцией, или их важности для выносимого решения, принимая во внимание, что Суд не обязан рассматривать доводы, если они уже были рассмотрены соответствующим образом (см. Перес против Франции [MC], № 47287/99, § 80, ЕСПЧ 2004‑I, и Бузеску против Румынии, № 61302/00, § 63, 24 мая 2005 года). Тем не менее, несмотря на то, что пункт 1 статьи 6 обязывает судебные инстанции выносить мотивированные решения, это не подразумевает подробного ответа на каждый отдельный приведенный довод (см. Ван де Хурк против Нидерландов, постановление от 19 апреля 1994, серия A № 288, стр. 20, §§ 59 и 61, и Бюрг против Франции (реш.), № 34763/02, ЕСПЧ 2003-II). Предел применения этого обязательства выносить мотивированные решения может колебаться в зависимости от характера этих решений и их оценки в свете обстоятельств дела (см. Руис Ториха против Испании и Хиро Балани против Испании, постановления от 9 декабря 1994 года, серия A № 303-A и 303-B, стр. 12, § 29, и, соответственно, стр. 29‑30, § 27, и Хелле против Финляндии, постановление от 19 декабря 1997 года, § 55, Отчеты постановленийи решений 1997‑VIII).

49. В вышеприведенном решении по делу Руис Ториха против Испании (§§ 29 и 30) Суд определил, что отсутствие мотивированного решения национальных судебных инстанций по доводу заявителя, согласно которому срок исковой давности в отношении него истек, составило нарушение статьи 6 Конвенции. Подобные отсутствия мотивированных решений судебных инстанций, составившие нарушения статьи 6 Конвенции, были установлены в вышеприведенных постановленияхХиро Балани (§§ 27 и 28), Суоминен против Финляндии (№ 37801/97, §§ 34-38, 1 июля 2003 года), Салов против Украины (№ 65518/01, § 92, ЕСПЧ 2005‑... (выписки),Попов против Молдовы (№ 2), (№ 19960/04, §§ 49-54, 6 декабря 2005 года), Мельник против Молдовы (№ 6923/03, §§ 39-44, 14 ноября 2006 года).

(b) Применение этих принципов по данному делу

50. Суд еще раз повторяет, что он не обязан трактовать национальное законодательство и, более того, решать о виновности или невиновности лица, осужденного национальными судебными инстанциями. Несмотря на это, Суд рассмотрит, если судопроизводство в совокупности было в соответствии с требованиями статьи 6 Конвенции, в том числе в соответствии с обязательством мотивировать постановления, принятые судебными инстанциями. Итак, Суд напоминает, что „судебная инстанция имеет право считать, что она не обязана отвечать на доводы, приведенные сторонами, которые явным образом не относятся к делу, являются необоснованными, противозаконными или неприемлемыми по другим причинам, которые явно нарушают законные положения или хорошо определенные судебные практики в этой области” (см. Фомин против Молдовы, № 36755/06, § 31, 11 октября 2011 года).

51. В настоящем деле, заявитель привел национальным судебным инстанциям два особых довода: что он не мог выполнять служебные обязанности как лицо, исполняющее ответственную государственную должность, приняв учащихся на обучение в свой частный лицей и что возможный причиненный ущерб был намного меньше минимального ущерба, предусмотренного статьей 329, за который можно было применить данную статью. Суд напоминает, что он не обязан рассматривать, являются ли эти два довода обоснованными или необоснованными. Суд сводит свои полномочия лишь к установлению того, если эти доводы относятся к делу, поскольку если бы судебные инстанции постановили, что один из этих доводов был обоснованным, они были бы обязаны оправдать заявителя из-за отсутствия состава преступления, предусмотренного статьей 329 (см., с последующими изменениями, вышеприведенное решение по делу Руис Ториха, § 30).

52. Власти ссылались на существование релевантной судебной практики по обоим доводам, приведенным заявителем, на которые, по их мнению, судебные инстанции не были обязаны дать отдельный ответ в этом индивидуальном случае. Однако власти не привели ни одного примера национальной юриспруденции, несмотря на то, что заявитель указал это в своих возражениях. За неимением таких примеров юриспруденции, обычных норм права или положений законодательства, которые бы нарушали положение заявителя, в том числе комментария к Уголовному кодексу, представленного заявителем (см. параграф 45 выше), невозможно утверждать о том, что судебные инстанции воздержались от высказывания по поводу двух доводов заявителя, потому что они уже высказались раньше в других делах.

53. По мнению властей, заявитель был заинтересован получить свое трактование Судом национальных положений законодательства, относящихся к делу. Суд не намерен трактовать национальное законодательство или проверять правильность трактования судебными инстанциями. Тем не менее, Суд не может сделать вывод, что национальные судебные инстанции не дали ни одного трактования по данному вопросу, за исключением констатирования, что „... эти доводы являются необоснованными и противоречат материалам дела”. Это констатирование является таким общим, что может быть включено в любое судебное постановление, не представив дополнительных подробностей или особых оснований этого постановления. В данном деле судебные инстанции не изучили, каким образом действовал заявитель в качестве лица, исполняющего ответственную государственную должность, в то время, когда он принял двух учащихся на обучение или почему причиненный ущерб (см. параграф 10 выше) послужил достаточным основанием для применения статьи 329, которая, по сути, применяется только в случае ущерба в крупных размерах (который составляет не меньше 10000 молдавских леев).

54. Отсутствие мотивированного решения национальных судебных инстанций по двум серьезным доводам, приведенным заявителем, также противоречит их обязательству изучить каждый довод, приведенный в апелляции, в той мере как ясно предусмотрено в Уголовно-процессуальном кодексе (см. параграф 20 выше). Помимо этого,отсутствие мотивированного решения на основании статьи 329 также помешало заявителю эффективно обжаловать свой приговор (см. вышеприведенно решение по делу Суоминен, §§ 37 и 38).

55. В свете вышеизложенных соображений Суд считает, что заявитель был лишен возможности осуществить свое право на справедливое судебное разбирательство (см. вышеприведенные решения по делам Суоминен, § 38 и Фомин, § 34). Поэтому, имело место нарушение статьи 6 Конвенции.

III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ

56. Заявитель жаловался, что он не располагал эффективными средствами правовой защиты в связи с его жалобами, сформулированными в соответствии со статьей 3 Конвенции. Он ссылался на статью 13 Конвенции, которая гласит:

„Каждый человек, чьи права и свободы, изложенные в настоящей Конвенции, нарушены, располагает эффективными средствами правовой защиты перед государственными органами, даже если нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве”.

A. Приемлемость

57. Суд определил, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта (a) пункта 3 статьи 35 § 3 Конвенции. В дальнейшем, Суд определяет, что она не является неприемлемой ни по каким-либо другим основаниям. Поэтому жалоба, о которой идет речь, объявляется приемлемой.

B. По существу жалобы

58. Заявитель жаловался на то, что его попытки улучшить условия содержания под стражей, путем обращения с жалобами в национальные органы власти, потерпели неудачу. Помимо этого, молдавское законодательство не уполномочивает судебную инстанцию или любой другой административный орган, рассматривающий жалобу, распорядиться о незамедлительном улучшении условий содержания под стражей, поскольку они зависят от выделения средств из государственного бюджета.

59. Власти утверждали, что заявитель имел право требовать компенсации, обратившись с гражданским иском по каждому предполагаемому нарушению статьи 3.

60. Как постановил Суд по многим делам, статья 13 Конвенции гарантирует доступность правового средства защиты на национальном уровне, который позволит осуществление прав и свобод, предусмотренных в Конвенции по их существу, независимо от формы, приведенной во внутреннем праве. Статья 13 Конвенции преследует цель доступности внутреннего правового средства защиты в национальном законодательстве, если дело касается „обоснованной жалобы” по смыслу Конвенции и присуждения соответствующей компенсации.

61. В данном деле, в обоснование тех же причин, которые привели к отклонению предварительного возражения властей в отношении исчерпания внутренних средств правовой защиты (см. параграфы 31-33 выше), Суд объявил, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции по причине не существования эффективных средств правовой защиты, что касается жалоб на условия содержания под стражей в Республике Молдова.

62. Поэтому имело место нарушение статьи 13 Конвенции.

IV. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

63. Статья 41 Конвенции гласит:

“Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.”

A. Ущерб

64. Заявитель потребовал 20000 евро в качестве компенсации ущерба, нанесенного вследствие нарушения его прав, предусмотренных статьями 3, 6 и 13 Конвенции. В частности, заявитель пострадал по причине того, что его изначально содержали в пенитенциарном учреждении и условия содержания под стражей были несоответствующими, а также потому что его содержали с 13 рецидивистами в той же камере и он боялся за свою жизнь и здоровье.

65. Власти утверждали, что запрошенная заявителем сумма компенсации завышенная в свете принципов юриспруденции Суда.

66. Принимая во внимание вышеустановленные нарушения, Суд полагает, что по данному делу оправдано присудить компенсацию за причиненный моральный вред. Справедливо оценив, Суд присуждает заявителю сумму 5000 евро.

B. Судебные расходы и издержки

67. Заявитель потребовал 4000 евро в качестве компенсации судебных расходов. Заявитель представил список всех часов, проведенных со своим адвокатом по данному делу (пятьдесят шесть часов по ставке от 30 до 100 евро в час).

68. Власти утверждали, что количество часов и ставка, запрашиваемая адвокатом, являются завышенными.

69. Суд еще раз повторяет, что все издержки и расходы, которые могут быть возмещены, должны быть необходимы, фактически понесены и быть разумными. В данном деле, принимая во внимание имеющиеся документы и вышеизложенные критерии, Суд полагает разумным присудить заявителю сумму 1500 евро, которая покроет все расходы в этой связи.

C. Процентная ставка при просрочке платежей

70. Европейский суд счел, что процентная ставка за просрочку платежа должна быть установлена в размере предельной годовой ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД:

1. Объявил единогласно жалобу приемлемой;

2. Постановил,единогласно, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции;

3. Постановил,шестью голосами за и одним против, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;

4. Постановил, единогласно, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции;

5. Постановил, единогласно,

(a) что государство-ответчик обязано выплатить заявителю в течение трех месяцев с даты, когда постановление станет окончательным согласно пункту 2 статьи 44 Конвенции, следующие суммы, с конвертацией этих сумм в молдавские леи по курсу, действующему в стране на дату исполнения постановления:

(i) 5000 евро (пять тысяч евро) в качестве компенсации морального вреда, а также все налоги, которые могут быть собраны с этой суммы;

(ii) 1500 евро (одну тысячу пятьсот евро) в качестве возмещения издержек и расходов, а также все налоги, которые могут быть собраны с заявителя;

(b) что со дня истечения вышеуказанного трехмесячного срока до исполнения постановления простые проценты подлежат начислению на эти суммы в размере, равном предельной годовой ставке Европейского центрального банка плюс три процента;

6. Отклонил, единогласно, остальные требования о справедливой компенсации.

Составлено на английском языке и уведомлено от 15 января 2013 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 77 Регламента Суда.

Мариалена Цирли Жозэп Касадеваль
заместитель секретаря секции председатель

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Конвенции и пунктом 2 правила 74 Регламента Суда, к данному постановлению прилагается отдельное мнение судьи Лопес Герра.

 

ЧАСТИЧНО ОТДЕЛЬНОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ ЛОПЕС ГЕРРА

Несмотря на то, что я согласен с установлением нарушения статьи 3 Конвенции, что касается условий содержания заявителя под стражей, я не согласен с большинством Палаты по тому вопросу, который касается установления нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции по причине того, что обоснование, сформулированное в решении Высшей судебной палаты, не было достаточным. Я не считаю, что молдавские судебные инстанции не обосновали достаточным образом постановления, поскольку обвинения против заявителя были рассмотрены во всех трех уровнях юрисдикции, а судебные постановления основывались на применимое законодательство и обстоятельства дела, и не были приняты самовольно.

Заявитель утверждал (см. параграф 44 постановления), что судебные инстанции, рассмотревшие дело, не дали четкого объяснения для отклонения некоторых приведенных им доводов. Однако согласно тому, как постановил Суд в своей юриспруденции, несмотря на то, что пункт 1 статьи 6 Конвенции обязывает судебные инстанции обосновывать свои постановления, это обязательство не подразумевает подробного ответа на каждый довод, приведенный заявителями (см. юриспруденцию суда, приведенную в параграфе 48 постановления). У заявителя были в распоряжении три уровня юрисдикции для опровержения предъявленных против него обвинений. Эти судебные инстанции изучили доводы заявителя, и это видно из того, что и Апелляционная палата Кишинэу и Высшая судебная палата сократили наказание, назначенное судами низшей инстанции заявителю. Тогда когда Высшая судебная палата рассмотрела аргументы заявителя и выявила наличие смягчающих обстоятельств в пользу заявителя, сократив наказание, примененное Апелляционной палатой, суд высшей инстанции сделал определенную ссылку на возражения заявителя в отношении решения суда низшей инстанции о применении пункта 1 статьи 329 Уголовного кодекса Республики Молдова. Тем не менее, она отклонила эти возражения, признав их необоснованными и опровергнутыми исследованными материалами дела, ссылаясь, в общем, на обстоятельства дела, которые были уже изучены двумя судами низшей инстанции (см. параграф 11 постановления Суда).

Я полагаю, что тогда, когда обстоятельства дела рассмотрены и оценены достаточным образом в судебных постановлениях судов низшей инстанции, суды высшей инстанции не обязаны вновь воспроизводить факты и обоснование, изложенное в предыдущих судебных постановлениях.

В особенности, Высшая судебная палата изучила каждый довод, приведенный в кассационной жалобе, приняв обоснованное решение на основании применимого законодательства, что ни в коем случае не может считаться самовольным. Краткий характер своего обоснования в отношении некоторых аспектов не может браться за основание для установления нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить